Юлия Осень
Audi, vide, sile...
В глубине сумрачного мраморного зала стояли огромные величественные Часы, увенчанные солнечной короной. Их позолоченные стрелки мерно отщёлкивали убегающие мгновения, под чутким руководством ажурных шестерёнок и серебристых пружин, поблёскивающих маслом в мерцании сотен свечей. По циферблату плыли бриллиантовые звёзды, всходило и заходило золотое солнце, сменяла фазы серебряная луна, кружились в вечной пляске сезоны. Старые, словно сама вселенная, они внушали почтение одним своим видом, не говоря об армии жрецов-инженеров, что с честью и гордостью несли свою бессменную вахту у подножия монументального механизма.
В эту ночь зал был полон. Собралось множество людей, разодетых в красивые бархатные и парчовые наряды, собрались все нынешние, прошлые и будущие служители Часов, облачённые в парадные мундиры с яркими начищенными медными пуговицами и золотыми позументами. Даже дети и старики бросили уютные натопленные спальни с пуховыми перинами и плотными шторами, чтобы пройти сквозь зимнюю стужу и стать свидетелями торжественного события. Стрелки Часов почти подошли к полуночи года, отмеряя минуты самой длинной ночи в году. Скоро, совсем скоро родится новое солнце, начнёт расти световой день, зима повернётся вспять и даже дышать станет легче.
Ожидание тяжёлым одеялом укутывало зал и собравшихся. Тихий шёпот изредка взлетал испуганной птицей под высокие сводчатые потолки. Все взоры были устремлены на изящно выписанные цифры и длинные хищные стрелки, равнодушно проделывающие свой путь.
Тишину разорвала трель крошечных серебряных бубенцов, живших в глубине механизма. Они сладким соловьём оповестили собравшихся, что лишь четверть минуты осталась до долгожданного события. Из резных замысловатых ворот под массивным циферблатом выкатился крошечный золотой шарик, вслед за которым выскочила механическая птичка, в разноцветных перьях из яркой эмали и позолоты. Крошечный клювик опустился на шарик, а где-то на колокольне ему отозвался тяжёлый колокол. Мягкий низкий рокот гиганта сотрясал всё здание и разливался с холма по всей округе, на несколько дней пути. С двенадцатым ударом из раскрывшегося шарика показались лучи и под мелодичный звон бубенцов, и радостные крики толпы, он, вместе с птицей, скрылся в недрах Часов.
Люди обнимались и поздравляли друг друга, дарили подарки и целовались. Свершилось! Но постепенно зал пустел, все расходились и разъезжались по домам. Меньше чем за час в базилике остались лишь служители, да древний старик, сидящий на старых вытертых гранитных ступенях. Говорили, что ему не меньше тысячи лет, и что это именно он когда-то давным-давно создал Часы, но в это мало кто верил. Часы были всегда, иначе как люди могли узнавать о таких важных событиях как рождение нового солнца? Но старик был единственным, кто так и не вошёл в зал.
Закутанный в лохмотья, он неустанно смотрел на линию горизонта, где укутанная серебряным снегом земля мягко приникала к усыпанному звёздами небосклону. Он ждал.
Поблуждав по безлюдному залу, я спросил у одного из служек, кто это. Улыбнувшись случайному путнику, волею судьбы оказавшегося в эту удивительную пору так далеко от дома, тот поведал, что это старый, немного повредившийся рассудком, служитель. Многие годы он был одним из лучших, но что-то случилось, и он отвернулся от Часов, а вот что именно — никто не сможет сказать, это было так давно, что не осталось никого, кто бы помнил.
Сев рядом, я постарался увидеть то, что приковывало его взгляд, но тёмное ночное небо и пустынные зимние поля представлялись зрелищем однообразным.
— Чего ты ждёшь? — я первым не выдержал молчания.
— Рождения солнца.
Ответ озадачил, ведь все эти люди, разве не этому они радовались пару часов назад?
— Ты считаешь, что Часы не точны?
— О, нет, они до сих пор идут идеально. Это моя гордость. Никто ещё никогда не создавал настолько точного и долговечного механизма.
— Тогда почему ты бросил служить им?
— Я никогда им не служил. Я создал их, чтобы они служили мне.
Мой недоумённый взгляд говорил куда красноречивее слов.
— Долгие годы я наблюдал за движением небесных светил. Я мог предсказывать затмения и кометы, люди приходили ко мне с вопросами. Тогда я создал часы, чтобы они отмечали полнолуния, сезоны, солнцестояния и равноденствия. Но люди... Они перестали верить себе, перестали верить солнцу, они верят только часам.
Я не знал, что ответить. Мы молча смотрели вдаль, пока предрассветный сумрак не прорезал первый рассветный луч. Медленно по серебряному снегу растекалось золотое сияние новорождённого солнца, заполняя радостным сиянием поля, рощицы и улицы небольшого городка, раскинувшегося у подножия холма. Этот свет наполнял сердце радостью.
Старик тяжело поднялся и простёр руки к юному солнцу. Его губы двигались в безмолвной молитве, а глаза увлажняли слёзы восторга. Я стоял рядом, и душа моя полнилась счастьем, чистым, светлым и безмятежным.

@темы: Размышления, Проза